К годовщине Кровавого воскресенья 1905 года. Несуществующие загадки.

Автор публикации:
22.01.2023
К годовщине Кровавого воскресенья 1905 года. Несуществующие загадки.

118 лет назад самодержавный режим расстрелял мирную демонстрацию рабочих, что стало сигналом к началу первой русской революции 1905-1907 гг. И по сей день в сети попадаются публикации с названиями типа "загадки Кровавого воскресенья" или "тайны Кровавого воскресенья".

Классический образец подобных домыслов опубликовал в свое время давний источник вдохновения наших авторов Н. Стариков.

В трактовках советских учебников все выглядело предельно просто: Николай  II не захотел выйти к народу. Вместо этого послал солдат, которые по его приказу всех перестреляли. И если первое утверждение отчасти верно, то никакого приказа открывать огонь не было...

С иконами и православными хоругвями празднично одетые рабочие отправились к царю, на улицы вышло около 300 000 человек... Судя по воспоминаниям очевидцев, настроение у людей было приподнятое, никто не ожидал какой-либо пакости. Стоящие в оцеплении солдаты и полицейские никому не чинили препятствий, они лишь наблюдали за порядком. Но в какой-то момент из толпы в них начали стрелять. Причем, судя по всему, провокации были организованы очень грамотно, жертвы среди военнослужащих и сотрудников полиции зафиксированы в разных районах...

В реальности с Кровавым воскресеньем все действительно предельно просто и никто этого изначально не скрывал. О планируемой манифестации знали заранее. Царизм решил демонстративно утопить в крови выступление и запугать рабочих. Это уже потом, когда вместо запугивания расстрел привел к подъему революции, начали выдумывать всякую чушь, что "царь не знал", "войска начали стрелять случайно" и т.п.

Вот что написано в книге "Русская история в самом сжатом очерке" современника событий, историка М. Н. Покровского:

Что расстрел рабочих не был «роковым недоразумением», что тут была сознательно подстроенная ловушка и западня, провокация в самом подлинном и самом подлом смысле слова, это не может подлежать сомнению. Вот что рассказывал тогда же один английский корреспондент и бывший русский профессор, в то же время человек свой в придворных кругах и вполне освоившийся в России, доктор Диллон.

«Я спросил одного придворного, почему сегодня без соблюдения формальностей убивают безоружных рабочих и студентов. Он отвечал: «Потому, что гражданские законы отменены, и действуют законы военные. Вас удивляет, что этого никто не знает, и удивление ваше естественно, но в России мы не можем смотреть на вещи, как смотрите на них вы в Англии. Прошлой ночью его величество решил отстранить гражданскую власть и вручить заботу о поддержании общественного порядка великому князю Владимиру, который очень начитан в истории французской революции и не допустит никаких безумных послаблений. Он не впадет в те ошибки, в которых были повинны многие приближенные Людовика XVI, он не обнаружит слабости. Он считает, что верным средством для излечения народа от конституционных затей является повешение сотни недовольных в присутствии их товарищей, но до сих пор его не слушали. Сегодня его высочество обладает высшей властью и может испробовать свой способ in anima vili (так в тексте. при. сост.), сколько душе угодно… Великому князю Владимиру представляется необыкновенный случай обнаружить свои способности государственного человека и наполеоновские качества, и он ничуть не опасается за результат. Что бы ни случилось, он будет укрощать мятежный дух толпы, даже если бы ему пришлось для этого послать против населения все войска, которыми он располагает.

Русский автор, у которого мы берем этот текст, прибавляет:

Что действительно правительство заранее намерено было допустить шествие и расправиться с рабочими, — об этом свидетельствует ряд фактов: правительство знало о предполагавшемся шествии из докладов охранки, из письма самого Гапона, об этом знали градоначальник Фуллон, товарищ министра внутренних дел, сам министр Святополк-Мирский, Витте, Муравьев, — словом, знали все за несколько дней до побоища; правительство не приняло никаких мер заранее, даже не вывесило вразумительного объявления с предупреждением о недопустимости шествия; правительство не прибегло наконец к своему излюбленному предупредительному средству — арестам, тем более, что охранке все организаторы движения были хорошо известны. Наоборот, для организации расстрела безоружной толпы 9 января Петербург был разделен на две части, в каждой был свой штаб. Обстановка штаба была на военную ногу. Поставлены были походные кровати. Офицеры и адъютанты сидели в шинелях, по-походному, пили и курили. Время от времени являлись с донесением, требуя «диспозиции» на завтрашний день и донося, где какие части действуют. Что касается права стрелять, то оно было дано отдельным офицерам по их усмотрению, — об этом говорил им кн. Васильчиков, командир гвардейского корпуса...

А в это время все приготовления к расстрелу были уже сделаны. Войска были на местах, — не надеясь на местные питерские, подвезли пехоту из Пскова. В интеллигентских кругах об этом знали и в ужасе метались от Святополк-Мирского (все еще номинально министра, хотя после 12 декабря он не имел уже никакого значения) к Витте (тоже еще отставному и еще не вернувшему себе прежнего влияния). Ни тот, ни другой не хотели, да и не могли помочь. Все было теперь в руках военных властей, а те, со своей стороны, во что бы то ни стало хотели «дать урок». Интеллигентская депутация, — к которой принадлежал между прочим и М. Горький, — достигла только того, что на другой день ее арестовали… как «временное революционное правительство...

9 января правительство думало показать свою «мощь». Как это ни странно, хотя «мощь» была наглядно, казалось бы, обнаружена сотнями убитых и тысячами раненых, у всех (не исключая, мы видели, и самого правительства) было впечатление, что правительство осрамилось. Еще вооруженная сила была вполне в его руках, городовые стояли на своих местах, тюрьмы переполнены, но уже никто не верил, что все это настоящее, что за всем этим есть настоящая сила".

Таково реальное понимание событий 9 (22) января 1905 года современниками событий. Нет никакой "тайны" или "загадки".

Амир Галимов

Все публикации Амира Галимова


Коммунистическое движение имени «Антипартийной группы 1957 года» призывает всех, кто поддерживает нашу программу, вступать в наши ряды и участвовать в строительстве настоящей коммунистической партии.

Программа Движения
Вступить в Движение

АнтиДюринг Антиклассики Антимарксизм Арманд Бебель Великая Отечественная война Война без мифов Ворошилов Вышинский Горький Грамши Движение Джамбул Дзержинский Дикхут Дэн Сяопин Занимательная диалектика КПРФ КПСС Каганович Калинин Киров Китай Коллективизация Коллонтай Крупская Ларин Лафарг ЛебедевКумач Ленин Либкнехт Макаренко Маленков Мао Цзэдун Маркс Маяковский Молотов Мухин НЭП Носов Орджоникидзе Партия Покровский Программа РКМП Революция СССР Свердлов Сталин Троцкий Фостер Фрунзе Ходжа Чжоу Эньлай Энгельс Ярославский большой террор буржуазия власть войны госкапитализм государство идеология империализм индустриализация интеллигенция история капитализм капиталисты кино классовая борьба классы колхозы коммунизм контрреволюция кризис левое движение марксизм материализм национальный вопрос образование оппозиция оппортунизм подделка документов поздний СССР политэкономия потребление потреблядство производство пролетариат пропаганда религия репрессии собственность социализм сталинизды троцкизм труд феминизм экономика